Header Ads

Стравинский? Нет не слышал.





В последние годы, по семейным обстоятельствам, я отдаляюсь от культурного процесса в Алтайском крае, но каждый раз видя в новостях про культуру в Барнауле рефлекторно прислушиваюсь, все же 25 лет был автором телепередачи “Афиша” в которой рассказывал о культуре в Барнауле.
Например, меня удивлял ажиотаж по поводу ремонта, вернее серьезного изменения в организации пространства первого этажа краевой библиотеке. Судить о переменах могу только по фотографиям, изучив которые, нашел много интересного. У меня возникло несколько вопросов, когда приеду в Барнаул, обязательно зайду в библиотеку и только после этого задам все эти вопросы директору библиотеке. А пока смотрю на канале “Россия” писателя и депутата Шаргунова, у которого в Алтайском крае только Шукшин и Сростки.
Узнал про театральную лабораторию в театре кукол и подумал, хорошая затея, но не эффективная с точки зрения театрального развития. Считаю, что в нынешней ситуации лучше приглашать состоявшегося режиссера на постановку, чем тратить силы и деньги на трех молодых режиссеров. Хотя понимаю, что такой творческий процесс интересен. По тем же граблям идет и театр драмы к юбилею Шукшина.
Читая интервью директора краеведческого музея, вижу “завышенные требования”, как говорят некоторые местные чиновники, потому что логика подсказывает, пока не закончили стройку Государственного художественного музея на площади Октября не стоит начинать реконструкцию второго музея. С другой стороны если чиновники видят финансовую возможность, то почему не начать, но не так давно я прочитал, что федеральное правительство не выделило желаемое и ожидаемое финансирование на строительство музея. В прессе пишут, что стройка идет, а мой товарищ, наблюдая из окна соседнего ресторана, ничего не замечает. И вдруг сообщают, на повышение в Москву уходит министр финансов края.  
Местный министр культуры, при каждом удобном случае, говоря о положительных примерах в культуре края, рассказывает про многоэтажный дом для работников культуры. 17 этажный дом на 126 кв из которых 91 работникам культуры, а остальные кому? Но главное не в этом. Сначала дом называли общежитием, теперь настойчиво говорят - жилой дом. Казалось бы, все хорошо, но всего один вопрос и картина меняется. Я спросил это “ведомственное” жилье или квартиры будут переданы в собственность? Мне ответили, что “ведомственное”, то есть работник культуры сможет жить в этом доме пока работает в краевом учреждение. Еще любопытный момент, а кто потом, когда начнется ротация, будет распределять квартиры? Назовем это - во вторую очередь. Этим процессом будет руководить министерство культуры или учреждения культуры за которыми будут закреплены квартиры. Например, дали квартиру актеру драматического театра, а он уволился из за маленькой зарплаты в театре, его жилплощадь отойдет артисту драмтеатра или другому театру? Чувствуете волну интриг? Если отбросить глубинные мотивы, то на поверхности остается один главный вопрос, а законно ли такая форма трудовых отношений между работником и министерством культуры? Конечно хорошо когда есть где жить, но что то меня настораживает? А выйдя на пенсию работник культуры сможет приватизировать эту жилплощадь?
Я считаю себя осторожным человек, но иногда, меня заносит и я не понимаю своих заблуждений. Мне кажется, что культура в алтайском крае кособокая. Свежий пример. Вижу на сайте национального бестселлера информацию, что писатель Александр Строганов попал в список номинантов национальной литературной премии. Поздравляю, сообщаю знакомым, некоторые пишут, что они этому не рады, у каждого свое мнение. Но местные СМИ молчат, не стоят в очередь за интервью, они пишут про молодого участника юмористического конкурса на ТНТ. И эта кособокость культуры меня раздражает. (Пока сочинял этот пасквиль, писатель и журналист Токмаков сделал интервью с писателем Строгановым.)
Удаляюсь от Барнаула, я по прежнему занимаюсь галереей “Республика ИЗО” и стараюсь быть в курсе культурных процессов. Я вижу как надвигается он, как цунами наступает юбилей Василия Макаровича. Стоит об этом сказать, но я боюсь.

В. А. Климов.