Header Ads

Преступил и накажут

Кто же не знает Родиона Романовича? Каждый образованный россиянин знает эту драматическую историю, написанную Ф. М. Достоевским в 1866 году. Если кто не помнит всего произведения, то фразу «тварь я дрожащая или право имею» многие повторяют, не понимая глубочайшего переживания, того излома личности, о котором говорит автор.
В Молодежном театре Алтая спектакль «Преступление и Наказание» был поставлен 10 лет назад. Он долго стоял в репертуаре, потом как-то сошел и теперь возродился. Режиссер Олег Ремович Пермяков говорит, что переосмыслил постановку, теперь это иной контекст и другое пространство.
Хороший спектакль, динамичный, не затянутый. Есть в нем главное движение, «хоровод смерти». С каждым кругом похоронной церемонии открывается следующий круг этого ада, и в кульминации режиссер раскрывает всю его глубину, когда работяги-могильники появляются на колосниках на самом верху, над сценой, и заглядывают в эту темную яму, и там же поверху ходит, как в тюрьме, полицейский. Эта мощная метафора во время диалога Раскольникова (актер Александр Савин) и следователя Порфирия Петровича (артист Валерий Лагутин) впечатлила, красиво решена сцена.
Интересные актерские работы в этом спектакле: эпизод старухи-процентщицы (Нина Таякина), монолог Мармеладова, суетливого, ничтожного, страдающего и осознающего страдание в исполнении Игоря Бочерикова. Любовь Хотиева в сложном монологе Катерины Ивановны в центре сцены трогательна, но несколько прямолинейна, больно уж увлекся режиссер построением картин. Видимо, надо ему было застолбить это место, центр сцены, где в конце концов Раскольников и встает на колени. Много построено на этой центральной точке: и тот самый «хоровод смерти» вокруг нее, как старая ломовая кобыла, ходит, опустив голову.
А что Соня Мармеладова — эта жертва, эта униженная, загубленная, но чистая душой и верой в Бога? Ее играет великолепная Юлия Юрьева. Сложная роль, много задумок, что подчеркивается сменой костюмов: то у нее юбка белая, то черная, а то холщовая.
Спектакль многонаселенный, отлично решена идея вовлечения в сценическое пространство невинно убиенных. Они весь спектакль за столом пьют и закусывают, смотрят на то, что происходит в мире людей.
Помните, в романе, в доме, где проживает старуха-процентщица, шел ремонт? На фоне этого ремонта отошедшие в мир иной персонажи, как в чистилище. Каждый круг «хоровода смерти» приносит им еще гостя. И за каждым гробом идет процессия, поют «Господи помилуй» и впереди священник, который каждый раз берет по целковому, и каждая душа ему приносит рублик.
Почему-то в финале режиссер меняет музыку: появляется скрипичная тема, какая-то странная, простите за выражение, «жалостливая скрипочка». Но трогательно.
Хороший спектакль, поучительный, мудрый.
Надо добавить несколько слов про второй план: отличные реплики Амалии Ивановны (актриса Ирина Новокрещенных), прекрасен Сведригайлов (Анатолий Кошкарев) в окружении уличных девок и с револьвером в руках. Карикатурный Лужин весь в белом. Раздражал картонный цилиндр на прохожем и наряды проституток из 60-х годов ХХ века. Все остальное хорошо.
Даже кляча из сна Раскольникова присутствует, неотъемлемая часть Петербурга XIХ века. А на дворе век ХХI, и кто тут сверхчеловек, а кто подлый Лужин? А кто право имеет?
Эх, Федор Михайлович.
Левиафану Левиафаново. Как у нас теперь водится.

В. Климов



Фото взяты с сайта http://alt.kp.ru/



Фото автора


2 комментария:

  1. Анонимный11.02.2015, 10:59

    Это точно Климов писал??? СТОЛЬКО орфорграфических ошибок и опечаток! Вадим Александрович, пейте поменьше!

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Анонимный11.02.2015, 13:01

      Да уж, написано ужасно.

      Удалить

Администрация сайта не несёт ответственности за содержание комментариев.